Хочу тебя услышать - аналитическое слушание

Психология
Денис
Денис Куличков
7 марта 2026

Мақала дауыстауы

Жүктелуде…
Хочу тебя услышать - аналитическое слушание

Главная мысль, которая сейчас меня тревожит в профессиональном плане, касается того, как разделить три вида смыслов, которые могут содержаться в речи клиента, и как должен быть сформулирован ответ, чтобы его смысл попал именно в ту инстанцию, из которой он был направлен.

Давайте возьмем простую фразу, которую мог бы сказать человек в кабинете:

«В 10 лет я сильно заболел. Я не мог есть, мне делали болезненные уколы, и я так ослаб, что не мог сам передвигаться. Так как родители днем работали, за мной ухаживала бабушка. Но, кажется, она делала это как-то без желания».

Представим, что человек, который это говорит, уже какое-то время находится в анализе. Он отчасти привык к аналитику и формату работы, может относительно свободно мыслить и хотя бы иногда говорить без цензуры то, что приходит ему в голову. Он не пытается соблюдать линию повествования, а просто плавает на границе мышления, вспоминания и полусна.

Исторический регистр и нейробиология памяти

Конечно, первый регистр сказанного заявляет нам о повествовании в историческом контексте. Человек просто рассказывает нам о своих воспоминаниях детства. Но возникает вопрос: почему именно это воспоминание именно в этот момент становится доступным и высказанным?

Если опираться на нейронауку, вспоминается феномен распространяющейся активации. Это процесс в мозге, при котором возбуждение одного «узла» памяти приводит к активации связанным с ним ансамблей нейронов в разных отделах мозга. Это позволяет нам переформулировать вопрос: что заставило «зажечься» те нейроны памяти, которые связаны с озвученным воспоминанием именно сейчас?

Антонино Ферро, опираясь на идеи Уилфреда Биона о психоаналитическом поле, предлагает нам слушать человека в кабинете с трех ракурсов: исторического, внутрипсихического и интерпсихического.

Внутрипсихический регистр: театр внутренних объектов

С точки зрения описания внутрипсихической деятельности, человек, рассказывая нам о своей болезни, выводит на сцену сразу несколько внутренних объектов:

  • Беспомощное брошенное «Я»;

  • Атакующие плохие объекты (уколы);

  • Отсутствующие хорошие объекты, в надежности которых есть сомнения (родители и бабушка).

Если мы слушаем на этом уровне, исходная фраза о детской болезни звучит для нас иначе:

«Я не уверен, как на самом деле я отношусь к людям, которых я люблю. И от этого я не знаю, какой я на самом деле. Это заставляет меня замирать в беспомощности».

Интерпсихический регистр: здесь и сейчас

С точки зрения описания межпсихического взаимодействия (интерпсихического регистра), мы должны воспринять слова анализанта как метафору, описывающую происходящее прямо сейчас в кабинете.

В таком случае человек может сообщать нам о том, что в течение текущей или предыдущих сессий он ощутил интервенции аналитика как болезненные (уколы), что заставило его сомневаться в том, насколько аналитик хорошо к нему относится (бабушка, ухаживающая «без желания»). В этом поле коммуникация клиента трансформируется в следующий смысл:

«Я пришел к Вам со своей болью и ждал, что Вы отнесетесь ко мне с большим сочувствием. Ваши интерпретации и вопросы делают мне слишком больно. Я делаю вывод, что я для Вас — всего лишь работа».

Ошибки коммуникации и фрустрация

Как видите, простая фраза может иметь множество смыслов. Ответ клиенту не в той модальности неизбежно приведет к нарушению коммуникации. Личный опыт наблюдения это подтверждает.

Действительно, иногда, воспринимая сказанное исключительно в историческом контексте и отвечая клиенту именно в исторической модальности, мы получаем сбой. К примеру, аналитик, не улавливая более глубокого (интерпсихического) смысла, говорит:

«Что было для Вас самым тяжёлым тогда: боль, беспомощность или вот это ощущение её безжелания?»

Клиент что-то отвечает, а через некоторое время заявляет: «Как-то прохладно у Вас тут сегодня». А может, атакует и в более активной форме. Это дает понять, что несмотря на то, что человек напротив продолжает историческую линию (дает ответ из сознательной части своей психики), он чувствует нарушение коммуникации. Какая-то его часть фрустрирована в этот момент, потому что он не был по-настоящему услышан.

Заключение

Конечно, успех коммуникации на любом из этих уровней зависит не только от аналитика, но и от его визави. Нельзя целиком и полностью сваливать эту непосильную работу на одну из сторон аналитического поля.

Но это не повод отказываться от постоянного развития терапевтической способности: улавливать ведущий смысл, собирать сырые ингредиенты, принесенные клиентом, и возвращать ему удобоваримое блюдо, будь то завтрак, обед или ужин.


Список рекомендуемой литературы (от редакции):

  1. Ферро, А. (2007). Техника в психоанализе: детском и взрослом.

  2. Ферро, А. (2003). Психоанализ: создание историй.

  3. Бион, У. Р. (2008). Научение через опыт переживания.

  4. Anderson, J. R. (1983). A spreading activation theory of memory. Journal of Verbal Learning and Verbal Behavior

  5. В качестве заглавной иллюстрации использована картина Джона Бонда Франциско «Больной ребёнок» (John Bond Francisco, «The Sick Child», 1893 г.). Этот холст служит точной визуальной метафорой многомерного аналитического слушания. Физическое присутствие, но эмоциональная отстраненность ухаживающей женщины (ее взгляд полностью поглощен вязанием) блестяще иллюстрирует описанную в тексте фрустрацию анализанта, сталкивающегося с «хорошим», но недоступным объектом.
Онлайн-психотерапияproEgoПсихоанализНейробиологияНейропсихоанализСмыслЭмоцииДенис Куличков
Қаралымдар: 460

Комментарии аккредитованных экспертов (0)

Войдите, чтобы оставлять комментарии

Пока нет комментариев. Будьте первым!